ДРЕВНЕТУРКМЕНСКИЙ ГОРОД ПАРЫЗДЕПЕ: ОТ МЕДНОКАМЕННОГО ВЕКА ДО ПОЗДНЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

Провозглашение 2016 года Годом почитания наследия, преобразования Отчизны придало мощный импульс осуществляемой в нашей стране работе по изучению уникальных историко-культурных объектов. На одном из них - Парыздепе продолжается работа по комплексному изучению, реставрации и благоустройству памятника, расположенного на территории Геоктепинского этрапа Ахалского велаята, в 6-ти километрах юго-западнее новых границ столицы. 

Парыздепе состоит из трех обособленных частей: внутренняя цитадель, возвышающаяся на 2-3 метра над уровнем самого городища, представляет собой правильный прямоугольник размером 45х50 м, расположенный в центре холма. Обрамляющая ее городская стена выложена обычным горным камнем и крупным сырцовым кирпичом на глиняном растворе и снабжена сторожевыми башнями. 

Городище – основная часть памятника – представляет собой неправильный пятиугольник размером 160х200 метров. Северная часть городища на 6-7 метров возвышается над окружающей местностью, постепенно понижаясь к югу. 

Даже при визуальном осмотре отчетливо выделяются контуры стен каменных строений на территории самого городища и внутри цитадели. Пригород – городское предместье – опоясывает все стороны холма. 

Таким образом, структура памятника, обнаруженные здесь археологические находки и проведенные предварительные исследования позволяют сделать заключение о том, что на Парыздепе в течение значительного исторического периода беспрерывно продолжалась жизнь. 

По результатам раскопок, осуществленных в предместье памятника, приблизительно в 300 метрах севернее холма, было обнаружено строение крестообразной внутренней планировки. Основанием (фундаментом) сооружения служит двухрядная кладка из горного камня на ганчевом растворе. 

Стены здания выложены сырцовым кирпичом размером 25х25х5 см, на особо значимых участках (куполах и сводах) вместе с сырцовым кирпичом в стенной кладке использовался и жженый кирпич в форме квадрата на глиняном растворе. 

Арочные перекрытия и тромпы начинаются на высоте 80 см от уровня пола. Таким образом, общая сохранившаяся высота стен сооружения составляет приблизительно 1,8 м, углы сооружения ориентированы по сторонам света. Восточная ниша крестообразного сооружения служила входом, оформленным в виде сводчатого коридора с лестницей, выводившей наружу. Здание построено ниже уровня древней поверхности земли и, вероятно, являлось культовым. 

В настоящее время активные археологические исследования ведутся на территории цитадели Парыздепе. В ходе раскопок выявлены большой фрагмент юго-восточной части крепостной стены, а также примыкающие к ней несколько помещений. Планировка комнат, в основном, прямоугольная. Стены выложены характерным для эпохи средневековья квадратным сырцом, оштукатурены ганчевым раствором и побелены известью. Местами на поверхности стен сохранились 2-3 слоя штукатурки, что свидетельствует о длительном периоде эксплуатации здания. 

Пол в одной из комнат выполнен с небольшим уклоном к югу и покрыт алебастром. Проложенная в северной стене комнаты неширокая канавка, а также обнаруженные здесь фрагменты амфоры с прочным алебастровым покрытием позволяют сделать заключение об особом предназначении данной комнаты – возможно, здесь некогда располагалось производственное помещение. 

Остатки древних сооружений, обнаруженные фрагменты керамики и стекла, каменные, металлические орудия труда и бытовой инвентарь, различные приспособления, выявленные в результате археологических исследований, проведенных на территории Парыздепе, свидетельствуют о существовании здесь жизни в период от меднокаменного века (V-IV тысячелетия до н.э.) до позднего средневековья. Обнаруженные на Парыздепе кремневые орудия труда служат материальным свидетельством развития здесь примитивного хозяйства и ремесел первобытных людей. Также в ходе раскопок на территории Парыздепе обнаружены фрагменты древней керамики с преобладанием примитивных геометрических линий и фигур, нанесенных черной краской. Они свидетельствуют о том, что в эпоху энеолита (V-IV тысячелетия до н.э.) здесь процветала жизнь.

Этим же хронологическим периодом датируются найденные во время раскопок гипсовые и глиняные пряслица и бусы, представляющие интересные сведения о зачатках развития традиционных ремесел, примитивного ювелирного искусства, об образе жизни человека в древности. 

Следует особо отметить терракотовое колесо. Указанный артефакт является характерным предметом бронзового века (III-II тысячелетия до н.э.), когда впервые была изобретена повозка. 

Отдельную часть обширной керамической коллекции составляют элементы сероглиняной посуды, датируемой ранним железным веком (I тысячелетие до н.э.). Среди них выделяются сосуды, украшенные геометрическим орнаментом на сырой глине. 

Письменные источники свидетельствуют о том, что в античную эпоху в предместьях древней Нисы – первой столицы, экономического и культурного центра могущественного Парфянского царства – существовали десятки крупных поселений, которые полностью обеспечивали потребности резиденции парфянских правителей в сельскохозяйственной продукции. Согласно древним надписям на обломках керамики налог в указанную пору взимался по меньшей мере с 17 населенных пунктов и 10 крупных селений. По свидетельству ученых, в записях упоминаются Кеши и другие не менее известные нам географические топонимы. 

Вполне вероятно, что античный Парыздепе служил одним из таких селений, поставлявших в «город царей и богов» разнообразную аграрную продукцию и провиант. В качестве наглядного доказательства можно указать на амфору (хум), обнаруженную на территории памятника. На поверхность большого сосуда (высотой до 1 метра) ровным рядом нанесено множество печатей. На печатях отчетливо видны изображения ветвей различных деревьев, а также виноградных гроздей. В течение средних веков Парыздепе также оставался одним из селений Нисы. 

По свидетельству средневековых письменных источников, в X веке наступает период нового экономического подъема и расцвета области Нисы. В начале XI века она входит в состав Туркменского государства Великих Сельджукидов и становится крупным, развитым средневековым округом. Она переживает подлинный расцвет в своем развитии и превращается в один из основных экономических и культурных центров Хорасана. В средние века Ниса славилась тончайшими шелками, хлопчатобумажными тканями, производимыми местными мастерами, разнообразными керамическими и металлическими изделиями. 

Всеобщее признание и широкое распространение получила продукция искусных мастеров гончарного дела. Особенно высоко ценились глазурованные чаши зеленого цвета и большие блюда, отличавшиеся высоким уровнем художественного исполнения и качеством. Мастерство исполнения характерно и для многочисленных средневековых светильников, свидетельствующих о высоком уровне развития гончарного ремесла в эпоху средневековья. 

Караванные пути и основные торговые магистрали, ответвлявшиеся в северном и западном направлениях от Нисы и соединявшие ее с другими крупнейшими торговыми центрами – Хорезмом и Дехистаном, пролегали через Парыздепе. По свидетельству ученых, обнаруженные в Парыздепе люстровые чаши изготовлялись лишь в Мерве и Машад–Миссериане, являвшимися в эпоху средневековья признанными центрами развития гончарного ремесла. Вероятнее всего, они были завезены сюда купцами и свидетельствуют о тесных торгово-экономических связях Парыздепе с крупнейшими развитыми центрами Центральной Азии. 

В 1220 году цветущий Парыздепе был отдан на разграбление бесчисленным ордам Чингиз хана. Вероятно, именно о тех драматических событиях свидетельствуют внушительные культурные пласты со зримыми остатками зольных слоев, сохранившихся до наших дней на склонах холма. 

Но период тяжелого монгольского ига миновал. Парыздепе был восстановлен и отстроен заново. XIV-XV веками датируются обнаруженные в ходе раскопок многочисленные керамические изделия и посуда, в художественном декоре которых преобладают элементы растительной и зооморфной тематики. 

Жизнь на Парыздепе и в его окрестностях продолжалась и в период позднего средневековья (XVI-XVIII вв.). Об этом свидетельствует выявленная в ходе раскопок богатая коллекция археологических находок, а также сохранившиеся до наших дней архитектурные строения и фортификационные сооружения. 

Старейшины рассказывают о том, что в конце XIX – начале XX века у подножия горной гряды, обрамляющей древний Парыз с северной стороны, функционировала сложная оросительная система – кяризы, вода из которых посредством водовода-арыка доставлялась в селение Ызгант. На берегу арыка было построено несколько водяных мельниц, приводимых в движение силой водотока. Сохранившиеся в окрестностях Парыздепе до наших дней небольшие крепости-хаули со сторожевыми башнями относятся к указанному периоду и, вероятно, являлись усадьбой хозяев мельниц и крупных землевладельцев. 

Каждая усадьба была распланирована и выстроена в виде небольшого крепостного укрепления. Поместья располагаются обособленно, на значительном отдалении друг от друга. Пустующие ныне участки, скорее всего, использовались в свое время как приусадебные участки и подворья. 

Археологические раскопки, проводимые на Парыздепе, показывают, что данное поселение было основано ранними земледельческими цивилизациями Центральной Азии и на протяжении многих веков оставалось центром высокоразвитой культуры и социальной жизни.

Фотографии Парыздепе

Аллагулы БЕРДЫЕВ, 

заместитель директора по научной работе Института археологии и этнографии Академии наук Туркменистана

ДРЕВНЯЯ ТУРКМЕНСКАЯ КРЕПОСТЬ ИЗМУКШИР (ЗАМАШКАР)

Частью историко-архитектурного заповедника Коне-Ургенч, находящегося в Дашогузском велаяте Туркменистана, являются развалины крепости Измукшир, которая некогда была городом Замакшар (тут родился философ X века Аз–Замакшари). В 1388 году крепость пала под натиском Тимура, нападению которого подверглась Хорезмская империя. С тех пор крепость частично занесена

песками.

Однако археологические раскопки показали длинную стену и различные строения с нишами внутри. Ниши использовались в качестве шкафов для хранения посуды, инструментов и еды. Здания имели бытовое назначение.

Измукширу около двух тысяч лет. Он хранит в себе истории об обороне и захвате крепости. Крепость окружал ров глубиной более 15 и шириной около 15 метров, который сохранился до наших дней.

Город Замашкар являлся одним из городских центров так называемого «восточного Ренессанса». Крепость Измукшир до сих пор славится именем средневекового туркменского богослова и поэта Абу аль-Касима Махмуда ибн Умара аз-Замахшари. Его стихи и опусы навсегда вписаны в историю Замакшара. Кажется, что пески вобрали в себя его слова, и иногда, когда ветер тревожит стены крепости, можно услышать слова великого философа и богослова, который вернулся в Измукшир, чтобы умереть на родине. Долгое время прожившего в Мекке, философа аз-Замахшари считают святым.

https://ok.ru/turkmentaryh/topic/66288590222801

ТКАНИ И ОДЕЖДА ТУРКМЕН В ДРЕВНЕЙ МАРГИАНЕ

Страна Маргуш благодаря усилиям археологов за последние десятилетия раскрыла немало своих тайн. Теперь мы знаем, на кого были похожи древние маргушцы, в каких домах они жили, как выглядели их храмы, города, какой посудой они пользовались, каковы были их погребальные обряды. Все яснее становятся образы богов, которым они поклонялись. Есть несомненные признаки того, что далекие предки туркмен знали и ковроделие. Главным аргументом исследователей для такого вывода служат некоторые темы орнаментов на расписной керамике IV-III тысячелетий до н.э., а также недавно найденные в царских гробницах Гонур-депе каменные мозаичные панели с геометрическими узорами, поразительно напоминающими ковровые мотивы великолепных творений туркменских мастериц.К сожалению, остатки самих ковров в Маргиане пока не обнаружены, хотя о том, что они производились на Востоке еще 6000 лет назад, науке известно по археологическим материалам с территории современной Сирии. Поскольку археологи выявили много сходных черт между древним населением Сирии и Маргианы, есть все основания полагать, что ковроделие было распространено и здесь. А вот о том, что шерсть использовалась маргушцами в одежде, свидетельствуют наряды, в Месопотамии называвшиеся «каунакес». Немало их изображений были уже давно известны по находкам в древнем Двуречье (современный Ирак) и в Бактрии (Северный Афганистан), а теперь к ним добавились яркие образцы из Туркменистана - речь идет о так называемых составных статуэтках и печатях-амулетах из раскопок древнемаргианских поселений.

Каунакес - просторные платья с широкими вырезом и рукавами. Они или украшены, или состоят из длинных язычков шерсти, в несколько рядов струями спускающимися от выреза до подола. Эти язычки изредка бывают гладкими, но чаще всего они изображены в той или иной степени «пушистыми», но всегда - волнистыми, что и говорит, скорее всего, о том, что эти одеяния шерстяные. В некоторых случаях поверх платья с широким вырезом наброшена накидка. Судя по всему, эти наряды носила только аристократия, тогда как другие сословия одевались в более простые одежды. О существовании таковой говорят другие статуэтки - преимущественно терракотовые, воспроизводящие также достаточно просторный костюм с широким вырезом. Некоторые богини одеты в длинные узкие платья с подчеркнуто узкой талией. Верхняя часть наряда напускается на юбку.Материалом для одежды служила, например, льняная ткань. Так, в гонурском погребении воина обнаружен ее небольшой фрагмент, сохранившийся благодаря завернутому в нее бронзовому изделию, чьи окислы воспрепятствовали разложению. Найденный фрагмент был изучен в разных лабораториях Ашхабада, Москвы, Санкт-Петербурга и Уфы. Все специалисты, включая таких известных ученых, как А.К.Елкина и Е.Г.Царева, подтвердили, что лен был высококачественным, а ткань - шелковистая на ощупь - была прекрасно отбелена. В качестве покрытия полов в помещениях использовались циновки и кошмы. Так, в 2003 году при раскопках «царского святилища» Гонур-депе обнаружен фрагмент белого войлока, сцементированного временем с растительной основой-циновкой. Мелкие фрагменты этого куска проанализированы в лабораториях Санкт-Петербурга (в том числе в Эрмитаже). Анализы показали, что он не содержит никаких красителей. Видимо, полы главного помещения «царского святилища» - зала с «киоском» - были устланы белоснежным войлоком, ступая по которому правитель Маргианы и приближенные к нему жрецы возносили свои молитвы богам в этом священном помещении.

Во время раскопок Гонур-депе в 2005 году нашелся еще один небольшой фрагмент, содержавший волокна шерсти и стебли растений. В отличие от первого, он был окрашен. Изучение этих волокон продолжается, но и сейчас можно сказать, что на полу этой комнаты находилось цветное мягкое покрытие. Особый характер этого помещения подчеркивают две глиняные необожженные статуэтки, изображающие сидящих людей. Они не имеют признаков пола, одеты в широкие одежды с круглым вырезом, оформленным плоским воротом. Согнутые руки в широких со складками рукавах покоятся на коленях. Сохранившееся на одной из статуэток лицо показано с огромными глазами, дугообразно выгнутыми бровями и крупным, сильно выступающим носом. Эти фигурки очень напоминают каменные составные статуэтки, хотя и головы, и тела их выполнены совсем из другого материала, а фактура «каунакес» не подчеркнута (возможно, правда, в результате плохой сохранности материала). Некоторые ткани на Гонуре обшивались каменным бисером. Так, например, во дворе одной гробницы царского некрополя найдены останки небольшой собачки, завернутой в попонку, сплошь усеянную сотнями каменных бусин. В другом погребении этого же некрополя тело усопшей женщины было накрыто покрывалом, края которого окаймляли каменные цилиндрические бусины. Здесь же был найден прекрасный мозаичный женский портрет, на котором, кроме лица в профиль с большими глазами и крупным носом, сохранилось изображение легкого покрывала или накидки, мягкими складками спадающей с плеч.Все эти данные свидетельствуют, что предки современных туркмен - жители Маргианы умело использовали разнообразные текстильные изделия и технологии их обработки. Они производили разные ткани, в том числе и шерстяные и, конечно, они умели изготавливать кошмы и циновки. Новые раскопки Гонур-депе, несомненно, дадут материальные свидетельства и раннего ковроделия.

Н.Дубова, доктор исторических наук

Туркменистан: Золотой Век

https://ok.ru/turkmentaryh/topic/66310533903825 

ИСТОРИЯ ТУРКМЕНИСТАНА: КРЕПОСТИ ГЫЗ-ГАЛА ДРЕВНЕГО МЕРВА

Загадочные глиняные замки Большая и Малая Гыз-Гала, расположенные на территории Туркменского Государственного историко-культурного заповедника «Древний Мерв», с их суровым ритмом плотно прижатых полуколонн, образующих гофрированные фасады, давно привлекли внимание путешественников и ученых. Первым, кто написал о них и опубликовал фотографии этих построек, был профессор Санкт-Петербургского университета Валентин Алексеевич Жуковский, посетивший Мерв 120 лет назад, в 1890 году. Прошло еще полвека, прежде чем другой ученый из Ленинграда, историк архитектуры Владимир Иванович Пилявский впервые произвёл профессиональные обмеры обоих памятников и высказал вполне аргументированные суждения об их конструкциях. В общих чертах выяснилось и их предназначение. В Мерве, где в эпоху античности процветала городская жизнь, в раннем средневековье значение городов упало, сократилась численность их населения, а центры общественной жизни переместились в сельскохозяйственную округу. На первый план выдвинулся обособленный, хорошо укрепленный загородный замок (кёшк) крупного землевладельца. Большая и Малая Гыз-Гала - это и есть типичные примеры замков местной аристократии. Изначально оба здания были как минимум двухэтажными, но помещения верхних ярусов за минувшие века почти полностью разрушились, засыпав своими обломками нижний этаж. Однако чудом сохранился поразительный, чуть ли не первоначальный облик монументальных фасадов, являя миру суровую красоту и великолепие раннесредневековой глиняной архитектуры. В отдаленных северных окрестностях Мерва сохранились руины еще нескольких похожих гофрированных замков: Большая и Малая Нагим-Гала, Харам-кёшк, Сули-кёшк на городище Дешикли-Гала, Аккуйли-кёшк на городище Дурнали. Все они давно превратились в развалины, а как они могли выглядеть изначально? Серьезным основанием к реконструкции первоначального вида гофрированных домов Центральной Азии служит изображение осады замка на так называемом аниковском серебряном блюде VII-VIII веков, хранящемся в российском музее Эрмитаж. Здесь наглядно видны гофрированные стены, а также нигде не уцелевший архитектурный декор и угловые деревянные балконы. Они оборудованы решетчатыми барьерами, а навесы над ними поддерживаются деревянными резными колоннами. Эти балконы связаны с плоскими крышами первого и второго этажей и выполняют роль машикулей - навесных площадок для обороны подошвы замка и флангового огня. Не случайно появление машикулей в западноевропейских замках французский историк архитектуры Огюст Шуази связывал с Востоком. Аниковское блюдо демонстрирует и утраченные повсеместно завершения полуколонн - гофр в виде вписанных одна в другую арочек. Сама архитектурная форма гофр, по мнению ряда исследователей, своим происхождением связана с фортификацией замков, то есть с устройством неглубоких бойниц между полукруглыми выступами, дающими возможность бокового обстрела.

Советский академик Г.А.Пугаченкова, со своей стороны, выдвинула предположение о генетической связи гофр с четырехлопастными колоннами парфянской Нисы. Археологические раскопки последних лет в Маргиане показали, что истоки «гофрированной» архитектуры уходят в эпоху бронзы. Гофрированные замки отмечены только в Хорезме, Мерве и Варахше, причем в первых двух областях этот прием был распространен и в последующие несколько веков, а самый ранний случай оформления стен гофрами зафиксирован именно в Мерве (крепость Чильбурдж). Ясно, что это сугубо местный туркменский архитектурный тип, уходящий в доисламское прошлое и продолжавший воспроизводится как минимум до XII века, не только в сырцовом кирпиче, но и в жженом. Когда же были построены Большая и Малая Гыз-Гала? О возрасте этих исполинских жилищ существуют разные предположения. Английский исследователь Хью Кеннеди недавно обосновал гипотезу, что это вполне могли быть постройки Тахира ибн Хусейна - основоположника династии Тахиридов. И здесь необходимо сделать краткий экскурс в историю. Как известно, центром блистательного Мерва сельджукской эпохи стало западное предместье Гяур-Галы - города эпохи Сасанидов. Заложил его легендарный Абу Муслим - вождь аббасидского движения в Хорасане, который в 748 году привел сторонников Аббасидов в Мерв, чтобы провозгласить новую династию, вскоре одержавшую победу над Омейядами в борьбе за власть в Арабском халифате. Поселившись в Мерве, он переместил правительственную резиденцию из старого города, Гяур-Галы, и построил новую там, где позже выросла Султан-Гала. Несмотря на убийство Абу Муслима в 755 году, Мерв оставался основным политическим центром для всего Аббасидского или, как его еще называли, Багдадского халифата и даже на некоторое время стал де-факто столицей всего исламского мира. Это было в начале IX века, после того, как сюда прибыл хорасанский наместник Халифата ал-Мамун, сын халифа Гаруна ар-Рашида. В 813 году ал-Мамун сам стал халифом, но еще долго после этого проживал в Мерве, рассылая оттуда все указания и назначения по всему арабскому государству. В это время Мерв пережил короткий, но блестящий период в своей истории. Между тем, Мерв, находившийся на восточной окраинеХалифата, не очень подходил для роли имперского центра, и ал-Мамун все-таки переехал в Багдад, а город опять стал главным центром халифатской провинции Хорасан, куда в 821 году был назначен наместник - Тахир ибн Хусейн. Согласно ал-Истахри, он захотел переместить центр Мерва еще дальше на запад и возвел целый ряд зданий вдоль канала Хурмузфарра. Возможно, что Большая и Малая Гыз-Гала входили в их число. И если особенности их конструкций и строительных материалов не могут служить в этом случае точными индикаторами, то наличие михраба в одном из помещений Большой Гыз-галы как будто указывает на то, что здание строилось уже при арабах. Но вот неожиданные находки 2012 года заставляют внести некоторые уточнения в прежние представления о возрасте этих памятников. Прежде всего, это классическая арабская монета с надписью каллиграфическим угловатым почерком «куфи» - это аббасидский дирхем IX века. Монета лежала очень близко от поверхности, стало быть, с того времени, которым она датируется, здание уже не использовалось и по какой-то причине было оставлено его хозяевами. Рядом оказался перстень с печаткой в виде раскрытого цветка лилии и тюльпана - удивительно тонкой работы и, судя по диаметру (15 миллиметров), принадлежавший девушке или очень изящной женщине. Наконец, самая необыкновенная находка - косметическая лопаточка или уховертка длиной почти 8 сантиметров, сделанная в виде рельефного изображения богини воды и плодородия. Этот предмет, безусловно, редчайший образец раннесредневековой торевтики - искусства изготовления рельефных изображений из металла. Черты лица богини из Большой Гыз-галы сохранились плохо, но видно, что лицо округлое, на лбу выпуклая точка, прическа простая: волосы собраны пучком на макушке. Особенно интересен костюм: легкая накидка со складками на уровне живота, надетая поверх длинного, полностью закрывающего ноги платья, также со складками внизу. В левой руке, согнутой и прижатой к груди, зажат некий символический предмет - скорее всего, это колос или ветка растения. Подобный образ богини по пышности одеяния и убранства сближается с иконографией зороастрийской Анахиты. Вот как она описывается в Авесте: «Всегда можно увидеть ее, Ардвисуру Анахиту, в образе девушки прекрасной, сильной, стройной, высоко подпоясанной, прямой, знатного рода, благородного». В Маргиане этот иконографический тип известен по многочисленным терракотовым статуэткам и имеет глубокие местные туркменские корни. Он прослеживается с конца первого тысячелетия до новой эры и доживает до эпохи раннего средневековья. Но впервые в археологии Туркменистана найден бронзовый вариант культовой канонической пластики этого типа. Эта фигурка сначала была отлита в открытую форму, а затем, судя по всему, подверглась дополнительной ювелирной обработке, чтобыустранить дефекты литья. Ее относительно хорошая сохранность свидетельствует о качественном составе сплава и сухой среде, в которой минерализация бронзы минимальна. Металлографический анализ покажет, каков процент содержания олова в этой бронзе, но и так видно, что технология художественного металла в Мерве была на очень высоком уровне. Еще важнее установить возраст находки. Сделать это можно пока только на основе иконографических признаков изображения. Малая пластика - один из наиболее информативных источников по истории культуры, быта и верований древнего и раннесредневекового населения Мерва. Она отражает не только официальные культы, но в еще большей степени - традиционные народные представления. Основную часть персонажей древнего пантеона здесь, как и во всей Центральной Азии, составляли образы божественных существ. Они служили своего рода личными иконками, к которым владельцы обращались за помощью и защитой. Такова и маленькая Анахита из Мерва. Она служила женским магическим талисманом (кольцо над головой свидетельствует, что оно носилось в виде подвески или нагрудного украшения) и, одновременно, предметом обихода. Подобные предметы изготавливались для знатных и зажиточных людей, которые жили в монументальных зданиях и пользовались в быту не простой утварью, а украшенной искусными мастерами. Древнейший культ Анахиты был широко распространен до появления ислама, то есть до середины VII века. Но это, конечно, не означает, что все ее изображения, как и других языческих богов, были немедленно выброшены и забыты. Они лишь трансформировались в другие, адаптированные к новой религии образы, а их изображения измельчали, став атрибутами личного пользования. Вместе с разрушенными храмами доисламских конфессий исчезли большие статуи божеств, но остались их крошечные копии в виде идолов, предназначенных для ношения в качестве оберегов. Среди ювелирных украшений туркменских женщин было популярно изделие в виде большого треугольника, надеваемого через плечо, который называли «хейкель-тумар», что в буквальном переводе означает «статуя-амулет». Хейкель у туркменок - это и изящная кожаная сумка для молитвенника, украшенная серебром с позолотой, инкрустированная сердоликом. Возможно, что когда-то туда вкладывали не арабские молитвы, а все те же изображения идолов, не предназначенные для посторонних глаз. Представляет интерес и традиционное туркменское наименование двух этих руин Древнего Мерва. Гыз-Гала - в переводе «Девичья крепость» - не одинока: такие же названия можно встретить на юге Турции, в Крыму, в Иране и Узбекистане. Везде за этим топонимом есть похожая легенда о прекрасной принцессе, которую все любили за ее красоту и милосердие. Однажды в город пришла гадалка и предсказала ей раннюю смерть. Царь скрыл от дочери страшное пророчество и приказал выстроить для нее неприступную крепость, где она могла бы жить в полной безопасности. Принцесса тосковала, не зная причину своего заточения. Однажды царь послал ей корзину с виноградом, но туда забралась ядовитая змея, которая ужалила девушку и она умерла. Узнав об этом, царь умер от горя. Так или иначе, Гыз-Гала еще многое может поведать о себе, нужно только внимательно изучить все аспекты этого необычного сооружения: и архитектурно-строительные, и историко-культурные, и фольклорные.

Источник: Р. Мурадов

https://ok.ru/turkmentaryh/topic/66322087638481

НАЧАЛО МОНЕТНОЙ ЧЕКАНКИ В ГОСУДАРСТВЕ АНАДОЛИЙСКИХ ТУРКМЕН-СЕЛЬДЖУКОВ

Исторические сведения о денежном обращении в государстве Сельджуков, которые в XI-XII веках завоевали значительную часть территории Среднего и Ближнего Востока, малочисленны и недостаточно изучены. Исторические письменные источники о Сельджуках дополняются нумизматическими сведениями.

Перед началом рассмотрения вопроса о денежном обращении в государстве Анадолийских Сельджуков, созданного в Малой Азии, обратим внимание на некоторые исторические события формирования Сельджукского государства. В 1034 году хорезмшах Харун с помощью туркмен-сельджуков установил независимость Хорезма. Это событие позволило Сельджукам выйти на историческую арену. 1048 году войска Сельджуков предпринимают наступление на Малую Азию и Закавказье. Первые походы под предводительством Гутулмыша терпят неудачу. В битве с войсками губернатора Ани Катакалона и болгарского государя Аарона на берегу реки Страгн за завоевание Васпуркана, Гутулмыш терпит поражение. Но основные силы Сельджуков под командованием Ибрагима Инала, разгромив вблизи Вананды войска армян и грузин, завоевывают Васпуркан. 1054 году Тогрул бег завоевывает южную часть Азербайджана и продвигается к Южной Армении.

В результате походов Великих Сельджуков на Анадолию в Малой Азии возникает государство Сельджуков. В период правления султана Алп Арслана (1063–1072) государство Сельджуков намного расширяет свои границы. В результате большая часть Азербайджана, Армении и Малой Азии переходит в подчинение Сельджуков. В августе месяце 1071 года сражение на Малазгиртском поле с Византийским императором Романом Диогеном, принесло победу Сельджукам, в результате заключается договор между Алп Арсланом и Византийским императором. В арабских письменных источниках указывается, что по договору, император за свою свободу обязался выплатить большую сумму денег, ежегодно платить налоги в казну Сельджуков и освободить пленных мусульман, находящихся у византийцев.

После кончины Алп Арслана (1072) престол переходит к его 18- летнему сыну Меликшаху, который обратил внимание на дипломатическую способность Сулеймана, сына мятежного Гутулмыша и по предложению Низама аль Мулька в 1077 году назначил его правителем сельджукских земель в Малой Азии. В начале он завоевывает важный для Византии город Никей (Изник) и создаёт Никейский эмират. Таким образом, первым правителем государства туркмен сельджуков, образованного в Анадоли, стал сын Гутулмыша Сулейман (1077–1086), положивший начало династии римских Сельджукидов в Анадоли.

После этого течение истории быстрыми темпами начинает развиваться в пользу туркмен. Султан Алп Арслан, удовлетворённый заключенным договором, начинает свой поход на Восток (1072). Это обстоятельство было выгодно представителю государства Великих Сельджуков в Малой Азии Гутулмышу. Он был ответственным за все события, которые происходили в северо-западных землях Великих Сельджуков. Эта задача требовала особенной ответственности, так как, в связи с кончиной императора Романа Диогена, заключенный Малазгирдский договор потерял силу. Основной задачей Гутулмыша, который полностью понимал это обстоятельство, являлось сохранение власти Сельджуков в завоеванных землях.

В письменных источниках Сулейман именуется «Завоевателем Анадоли». В 1086 году Сулейман был убит на окраинах города Халеба братом султана Меликшаха, тогдашним правителем Сирии Тутушем. Указанное государство являлось первым и основным государством туркмен сельджуков, созданное в Малой Азии. В начале это государство было зависимым от Великих Сельджуков. После кончины Маликшаха, в 90-х годах XI века Анадолийские сельджуки добились независимости. Но в период правления Сулеймана, а также в период последующих внутренних разногласий, в государстве Анадолийских сельджуков не было собственной монетной чеканки. В письменных источниках нет определенных сведений о том, когда в государстве Анадолийских туркмен сельджуков начинается чекан собственных монет. Стенли Лен Пул, А. К. Марков, Р. Р. Фасмер, Ахмед Тевхид изучали монеты, относящиеся к этому государству. Первые публикации были осуществлены в 1877 году Стенли Лен Пулом и в 1896 году А. К. Марковым. Гипотезы относительно монет, принадлежащих Анадолийским Сельджукам, квалифицируются по периодам правления различных султанов. В период правления первого правителя государства Сулейман шаха в государстве не было собственной монетной чеканки. Как отмечает Т.Ходжаниязов, в рассматриваемый период Анадолиский Сельджукский султанат и другие западные сельджукские земли были зависимы от Великих Сельджуков и использовали в своем денежном обращении их монеты. Таким образом, согласно нумизматическим сведениям, на всей территории, подчиненной Сельджукам были в обращении монеты Великих Сельджуков.

О начальном этапе собственной монетной чеканки в государстве Анадолийских сельджуков выдвигаются различные гипотезы. По сведениям В.Гордлевского собственная монетная чеканка этого государства начинается в период правления султана Рукнеддина Масуда (1116–1156). Первые монеты именовались «мангыр». Турецкие ученые И.Эдхем и Г.Парлар соглашаются с мнением В.Гордлевского. Эти ученые отмечают, что на монетах Масуда проявляется сильное влияние Византии. И на самом деле, на лицевой стороне (аверс) монет этого периода можно увидеть изображение Византийского императора, а на обратной стороне (реверс) титул султана. Ахмед Тевхид отмечает, что на лицевой стороне монет Масуда изображен император Алексей Комнин. Это объяснение может создать ошибочное мнение о подвластности Анадолийских Сельджуков Византии. Но это можно объяснить тем, что возможно, Сельджукский султан отчеканил монеты в дань уважения к императору, который стремился к мирным отношениям с Сельджуками. Монеты отчеканены очень грубо, явно чувствуется работа мастера, не знающего в совершенстве арабской графики. Возможно, на монетных дворах государства совместно с мусульманскими работали и христианские мастера.

Согласно мнениям В.Гордлевского, И.Эдхема и Г.Парлара до Масуда I, в период правления Гылыча Арслана I (1092–1107) и его сына Меликшаха (1107–1116) в государстве не было собственной монетной чеканки. Но, в нумизматических коллекциях имеется небольшое количество монет, относящихся третьему правителю государства Меликшаху.

В 1107 году во время сражения с Артукидским правителем Сукманом Гылыч Арслан тонет в реке Хабура. В это время два старших сына султана находились далеко от Рума: старший сын Масуд был в плену у данышмендидов, второй сын Арап был в плену у персов. Поэтому третий сын Гылыча Арслана Меликшах в 1107 году провозгласил себя султаном. Столицей стал город Конья.

По мнению Е. А. Пахомова в XI веке Сельджукские султаны чеканили в основном золотые динары. Вместе с тем, ученый отмечает, что в указанный период в Азербайджане и Иране торговля осуществлялась на основе натурального обмена и в эпоху Сельджуков монеты не играли существенную роль в торговых сношениях. Динары (золотые монеты) хранились только в качестве драгоценных средств. В соответствии с нумизматическими сведениями, в эпоху Великих Сельджуков в связи с денежным серебряным кризисом в основном чеканились золотые и медные монеты, а серебряные монеты чеканились очень редко. В эпоху Анадолийских Сельджуков массовая чеканка серебряных монет началась в период правления Кей Хосров Гылыч Арслан I (1203–1210). Первые монеты государства чеканились в таких больших городах, как Конья, Сивас, Эрзинджан.

В первые годы своего правления Меликшах терпит военные неудачи. В 1110 году он терпит поражение в битве за город Алашехер, находящегося в пределах Византийского государства. Но затем одерживает победу в битвах за город Изниг. Попытки императора Алексея Комнина вернуть Изниг не увенчались успехом. В 1111 году во время сражения Сельджуков с императором Алексеем Комнином Меликшах получил сообщение о походе своего брата Масуда с целью завладения троном государства Анадолийских туркмен сельджуков и был вынужден заключить мирный договор с Византийским государством. Масуд, совместно со своим свекром, эмиром Данишмендидским Гази, напал на Меликшаха, находившегося в окрестностях Сейитгази. Люди Меликшаха, отправленные для выяснения обстановки в стане Масуда, оказались изменниками и перешли на строну Масуда. Меликшах был пленён войсками Масуда и ослеплен, а в 1116 году был убит братом Масудом. Таким образом, Масуд ибн Гылыч Арслана (1116–1156) с помощью данишмендидов овладевает троном государства. В период короткого самостоятельного правления страной Меликшах воевал против крестоносцев и начал чеканить монеты от своего имени. Согласно данным А. К. Маркова и Р. Р. Фасмера первые монеты, принадлежащие анадолиским сельджукам, были медными и начали чеканиться в период правления султана Меликшаха ибн Гылыч Арслана (1107–1116). На лицевой стороне (аверс) монет, принадлежащих Меликшаху изображена фигура воина на коне, движущегося вправо, на обратной стороне (реверс) в трёх строках помещена надпись «Абу-аль Фатх Меликшах бин Гылыч Арслан». На монетах год чеканки и название города не указаны. В истории Меликшах известен также под прозвищем «Шаханшах». Исходя из надписей, можно отметить, что первые монеты в государстве Анадолийских сельджукидов начали чеканиться в период правления Меликшаха сына Гылыч Арслана, хотя не исключено, что монеты эти вассального чекана. Первые серебряные монеты государства чеканил потомок Рукнеддина Масуда Иззеддин Гылыч Арслан (1204), эти монеты вначале назывались динарами, а затем «монета султана». Первые золотые монеты под называнием «алайи» начали чеканится в период правления султана Алаеддина Кей Кубада (1219–1237гг.).

Юсупова С. А.

Институт истории академии наук Туркменистана (г. Ашхабад)

ФОТОГРАФИИ АШХАБАДА - ASHGABAT PICTURES

ФОТОГРАФИИ АШХАБАДА - ASHGABAT PICTURES

TURKMEN JEWELRY - ТУРКМЕНСКИЕ ЮВЕЛИРНЫЕ УКРАШЕНИЯ

TURKMEN JEWELRY - ТУРКМЕНСКИЕ ЮВЕЛИРНЫЕ УКРАШЕНИЯ

ПРИРОДА ТУРКМЕНИСТАНА - TURKMENISTAN NATURE

ПРИРОДА ТУРКМЕНИСТАНА - TURKMENISTAN NATURE

О ТУРКМЕНСКОМ (ОГУЗСКОМ) ПРОИСХОЖДЕНИИ ДРЕВНИХ СКИФОВ

Скифы являются древним народом, жившем в Восточной Ервопе и Центральной Азии, и известном по сочинениям античных авторов и, прежде всего, древнегреческого историка Геродота. Самые ранние упоминания о скифах относятся к 8 в. до н.э.

В древнегреческом интерпретации, название народа звучит как skuta, ассирические источники 7 в. до н.э. называют скифов Išgūzai или Ašgūzai. Как известно, 24 древнейших племени туркмен (огузов) издревле делились на две части: ичогузы (Içoguz - внутренние огузы) и дашогузы (Daşoguz - внешние огузы). Сделав несложный лингвистический анализ, можно с уверенностью утверждать, что ассирийское наименование скифов Išgūzai (Ašgūzai) является слегка искаженным наименованием древнего туркменского (огузского) подразделения ичогуз (Içoguz).

Таким образом, древние скифы Геродота – есть древние туркмены-ичогузы.  

О ПРОИСХОЖДЕНИИ НАЗВАНИЯ СТРАНЫ КАНАДА

В древнем туркменском языке слово «кент» означало «укрепленное поселение», «город» или «каменный город», к примеру древнее поселение «Ызгант» этимологизируется туркменским историком А.Джикиевым как «Огуз-кент». Названия городов Ташкент и Самарканд также имеют в своем составе древнее туркменское слово «кент».

Название североамериканской страны Канада происходит от слова kanata, означающего «поселение», «деревня» и «земля», «край» на языке ирокезов – коренных жителей (индейцев) Северной Америки. Как известно, языки многих коренных народов Америки имеют параллели с тюркскими языками (О.Рериг, А.Каримулин, Ю.Кнорозов), так как предки индейцев попали на территорию Америки через существовавший в глубокой древности перешеек на месте современного Берингова пролива из Сибири, древнего обиталища тюркских народов. Основываясь на схожести значений, можно с уверенностью утверждать, что ирокезское слово kanata и древнетуркменское слово «кент» имеют единое происхождение.

По историческим источникам известно о заселении древними туркменами (огузами) огромных пространстве Евразии (к примеру, гуннское завоевание Европы). Согласно российскому исследователю Ю. Дроздову, «со времён глубокой античности на территории Европы доминирующими народами были тюркскоязычные племена». Поэтому неудивительно, что слово «кент» в различных его вариациях мы можем обнаружить в ряде европейских языков: англ. country – земля,  отечество, county  - округ,  валл. сantref - округ,  др.-греч. κέντρον - центр, ирл. ceantar  - округ, итал. contado - деревня, округа, лат. сondo - заселять, обживать. Полагаю, что и название английского графства Кент можно этимологизировать через древнетуркменское (древнетюркское) слово «кент».

Также известно, что туркмены (огузы), основавшие более 2-х тысяч лет назад Хуннское государство на территории современной Монголии, впоследствии стали основателями нескольких царских китайских династий, а также составили основу войска китайских государств. Таким образом, древнее туркменское слово «кент» проникло и в китайский язык: gēndǐ  - коренной, около; guāndì  - общественная земля; guǎndì – резиденция; guāndìng - официальный, государственный; guónèi(de) - отечественный

М.Байрамов

TURKMENISTAN PICTURES - ФОТОГРАФИИ ТУРКМЕНИСТАНА

ЖЕНИТЬБА У ТУРКМЕН

ТЮРКСКОЯЗЫЧНЫЙ ПЕРИОД ЕВРОПЕЙСКОЙ ИСТОРИИ

Предисловие к одноименной книге Ю. Дроздова

Предельно ретроспективная историческая память человечества фиксирует на территории Европы уже сложившиеся этнотерритории. Самой западной этнотерриторией была Галлия или Кельтика. Восточнее Галлии до самой Вислы простиралась Германия. От Вислы и до Уральских гор существовала этнотерритория, которая у одних античных авторов называлась Скифией, у других Сарматией, у третьих она делилась на Сарматию и Скифию. Обособленными этнотерриториями были Британия, Скандинавия и Апеннинский полуостров. К последним можно отнести и Пиренейский полуостров. При этом, огромное пространство Скифии-Сарматии изначально делилось ещё на ряд довольно значительных этнотерриторий. Название этнотерриторий определялось по этнониму доминирующего народа или племени, обитавшем на этой территории. Но на этих же территориях обитало большое количество и других племён и народов со своими собственными этнонимами. Все античные и большинство раннесредневековых письменных источников, касающихся европейской истории, написаны только на двух языках – на древнегреческом и на латинском. При этом оба эти языка в качестве разговорных в античное время на территории Европы использовались довольно ограниченно, а после позднеантичного времени они вообще вышли из разговорного употребления.

Согласно данным соответствующих исторических письменных источников на территории Европы со времён античности и до раннего средневековья насчитывалось более 2250 названий племён и народов. При этом ни одно из этих названий не выводится ни из древнегреческого, ни из латинского, ни из какого либо другого европейского языка. Но ведь этнонимы – это слова, отражающие название определённой общности людей. Они, конечно же, были составной частью разговорной лексики тех языков, на которых говорили европейские народы в то время. И, судя по массиву упомянутой античной этнонимии и другой терминологии, эти языки принципиально отличались от тех, на которых разговаривает ныне европейское население. Отсюда возникают естественные вопросы – что это были за языки, кто были их носители, какое отношение они имели к современным европейским народам, почему и когда произошла смена языков у европейских народов? Самый ранний европейский этноним, который появился на страницах античных письменных источников – это ‘киммерийцы’. Семантико-этимологический анализ этого этнотермина показал, что это было типичное тюркскоязычное племенное название. В античных источниках есть чёткое сообщение о том, что киммерийцы принадлежали к скифским народам, которых позднее стали называть гуннами. Вообще, скифами древние греки изначально называли европейские племена, религиозной приверженностью которых, судя по семантике этого названия, было огнепоклонничество. Сами себя эти народы называли асами. По современным представлениям в Европе скифы обитали на обширной территории от Урала и до Вислы. Ещё их называли сарматами или савроматами. Анализ этнонимии скифских племён показал, что вся она была тюркскоязычной. Ряд современных учёных и специалистов в своих работах убедительно доказали, что скифы были тюркскоязычным народом. И это прямо подтверждается данными средневековых западноевропейских письменных источников. При этом антропологически скифы были народом, в основном, европеоидного типа. Территорией первоначального обитания скифских племён в Европе, в том числе гуннов, аваров, булгаров и других, было Среднее Поволжье и Прикамье. Здесь они появились, вероятно, не позднее III тысячелетия до н.э. Далее, часть этих племён расселились на обширном пространстве от Волги до Дона. Эта территория по их самоназванию стала называться Асией (Азией). Начиная, видимо, где-то с конца III тысячелетия до н.э. эти племена из Среднего Поволжья мигрировали в Центральную, Западную, и Северную Европу. Их миграционный путь проходил через Верхнюю Волгу и Прибалтику.

Вероятно, именно эти племена и были носителями культуры боевых ладьевидных топоров. Позднее с территории Прикамья и из Среднего Поволжья через Приазовско-Причероморский регион началась миграция этих же тюркскоязычных народов на территорию Южной, Центральной и Западной Европы. Таким образом, со времён глубокой античности на территории Европы доминирующими народами были тюркскоязычные племена. Судя по всему, на большей части европейской территории, куда мигрировали тюркскоязычные племена из Поволжья и Прикамья, уже обитали автохтонные, в основном, флективноязычные народы. О том, что такие племена и народы могли там уже обитать, можно судить по соответствующим, крайне редким и скупым репликам, которые встречаются иногда в письменных источниках античных авторов. Что касается флективноязычности этих древнейших автохтонных племён Европы, то это предположение основывается на следующих соображениях.

Как уже отмечалось, на территории Европы с периода античности обнаруживаются письменные источники только на древнегреческом и латинском языках, хотя, судя по этнонимии, ономастике и другой специфической терминологии, значительная часть европейского населения в то время была уже тюркскоязычной. Но с X – XII вв. н.э. на этой территории вдруг стали появляться письменные источники на различных флективных языках, которые стали затем основой всех современных европейских языков. Точнее, письменные источники на флективных языках, дошедшие до настоящего времени, фиксируются только с X – XII вв. При этом несколько ранее исчезли источники на древнегреческом языке, потом стали исчезать источники на латинском. Далее исчезает тюркскоязычная ономастика и специфическая терминология в латиноязычных источниках. Сохраняется лишь часть тюркскоязычной этнонимии, которая в несколько искажённом виде переходит в распространяющиеся флективные языки. Судя по письменным источникам и археологическим данным, в этот период времени не было притока заметной массы иноязычного населения в Европу. Всё это даёт основание предполагать, что тюркскоязычное население Европы где-то накануне X – XII перешло с тюркского на флективные языки. А это может означать, что флективные языки уже существовали там с очень отдалённых времён, точнее их носители обитали на этой территории с отдаленных времён, но по какой-то причине о них ничего не сообщалось в греко-латинских письменных источниках. Такой причиной могло быть их общественно-социальное положение. Вероятно, это было население, завоёванное в древности мигрировавшими на их территорию тюркскоязычными племенами, которые затем превратили их в самое низшее, бесправное, исторически инертное сословие. Это было население, которое называлось простым народом или чернью и с которым мигрировавшее сюда тюркскоязычное население, в основном, не смешивалось. Но в определённый исторический момент, вероятно, под влиянием каких-то значимых внешних факторов, доминирующая веками в Европе тюркскоязычная часть населения была вынуждена перейти на флективные языки подвластного им автохтонного населения. Причиной такого перехода мог быть религиозный фактор. Дело в том, что с конца IV века христианство в Европе оказалось расколотым на две части. На территории Римской империи господствующим было католичество, а на остальной части Западной и Центральной Европы, заселённой в значительной части тюркскоязычными скифскими народами, господствовало арианство. Где-то примерно с VIII века римская католическая церковь начинает активно проникать на территорию Западной, Центральной, а затем и Северной Европы. При этом арианство, которое там проповедовалось на тюркском языке, повсюду запрещалось и объявлялось еретическим учением. Еретиков жестоко преследовали и репрессировали. Поскольку тюркский язык ассоциировался с арианством, то, вероятно из-за боязни репрессий со стороны всесильного католичества, тюркскоязычное население стало переходить на языки автохтонного простонародья. Вот это и могло быть основной причиной перехода тюркскоязычной части европейского населения на флективные языки. В этот же период, вероятно, были уничтожены, как еретические, все без исключения книги и другие письменные источники на тюркском языке. При этом основным инструментом католической церкви во всей этой деятельности, видимо, была инквизиция, которая, вероятно, и была создана для этого.

А вот в Восточной Европе этническая ситуация складывалась несколько иначе. В районе Среднего Поволжья, Прикамья, Волго-Окского междуречья и севернее Восточной Прибалтики древнейшим автохтонным населением были, вероятно, финноязычные племена. В какой-то, достаточно отдалённый период времени, сюда мигрировали тюркскоязычные народы, которые с местным, финноязычным населением, в основном, этнически не смешивались, хотя и обитали с ним чересполосно. Исключение составляли племена, обитавшие севернее Восточной Прибалтики – они довольно быстро ассимилировали тюркскоязычных мигрантов. Об этнической принадлежности древнейшего населения Среднего и Верхнего Приднепровья что либо сказать пока трудно. Славянские племена в Восточную Европу мигрировали где-то в V веке н.э. Это были южные славяне. Их исходной территорией была Далмация. Оттуда они прошли по территории Богемии, Польши, Северной Белоруссии и расселились в Волго-Клязьминском междуречьи. Другая группа славянских племён вышла, вероятно, несколько позже из Среднего Подунавья и расселилась в Центральной Европе, в Среднем Приднепровье и в бассейне Оки.

Тюркскоязычные русы первоначально обитали в Среднем Поволжье и в Прикамье, а затем в общем миграционном потоке племён одна часть из них мигрировала северным путём в Восточную Прибалтику, а другая – в Восточное Приазовье. В середине IX века прибалтийские русы проникли в Приильменье, а затем расселились в Среднем Приднепровье, подчинив своему влиянию окрестные племена славян. К XI веку они продвинулись уже в Волго-Окское междуречье. Там же письменные источники фиксируют и народ москов, который создал мощное средневековое государство под названием ‘Московия’. Вот на таком этническом фоне, вероятно, происходил процесс этногенеза всех европейских народов и складывалась их история.

  

Следует заметить, что выводы и предположения, изложенные в предлагаемой работе, основаны, главным образом, на анализе этнонимии и другой терминологии и, üастично, на анализе фактических исторических данных, не находящихся в центре внимания современной исторической науки. Конечно, для достоверного понимания всех процессов этногенеза европейских народов данные, полученные в этой работе, необходимо сопоставить с соответствующими данными археологии, bсточниковедения, лингвистики, тюркологии, этнологии и других смежных наук. Но тем не менее, тот довольно значительный объём данных, полученных на основе анализа этнонимии и другой терминологии, даёт основание полагать, что на протяжении достаточно длительного времени в древней истории Европы существовал тюркскоязычный период, то есть доминирующая часть древнеевропейского населения разговаривала на тюркском языке.

Ранее уже предпринималась попытка выявить на основе первоисточников этническую принадлежность основных древнеевропейских племён и народов, расшифровать их этнонимию и понять, почему древние европейцы разговаривали на других языках по сравнению с нынешними. Результаты этой предварительной работы были изложены в книге «Тюркская этнонимия древнеевропейских народов».2 Предлагаемая работа представляет собой вторую, исправленную, дополненную и частично переработанную редакцию этой книги. Исправления, основанные на дополнительных исследованиях, касаются, в основном, семантики ряда этнонимов и терминов. Дополнение и частичная переработка обусловлены попыткой переосмысления ряда вопросов этногенеза европейских народов с учётом их этнической принадлежности и внутриевропейских миграционных процессов. Указанная доработка предопределила и уточнение названия второй редакции этой книги.

В подготовке материалов к изданию этой книги принимали участие Г. Ю. Завгородняя, А. М. Завгородний, Э.Филлипс и Г. М. Шуке, которым автор выражает свою глубокую благодарность.